Главная \ "Я хочу рассказать вам..." \ На расстоянии рукопожатия

На расстоянии рукопожатия

block-top 

36225195.jpg

Байкал. Остров Ольхон. 

block-top

 

Нет сомнения, что этот заголовок вызвал у прочитавшего его недоумение: что за мера длинны появилась, невольно подумал он. Еще большее недоумение появится, когда станет известно, что эта мера включает в себя и расстояние и время. Впрочем, второе, пожалуй, даже больше чем первое.  В другое время и в другом месте я подробнее расскажу об особенностях и принципах исчисления этого понятия, а сейчас в двух словах о том, когда я впервые услышал об этой мере, и почему она заинтересовала меня. Но… прежде всего, и это важно, отнеситесь ко всему, что я поведаю вам с определенной долей юмора.

В минувшем и теперь уже далеком 1975 году на Байкале «высадился десант», прибывших из Иркутска декабристоведов бывших там, на Всесоюзной конференции посвященной 150-летию восстания декабристов. В Листвянке, столице Байкала, есть очень возвышенное место, называемое «камень Черского», там стояла беседка в которой расположились Натан Яковлевич Эйдельман, известный пушкинист и декабристовед и я. Вдруг, меняя тему разговора, Натан Яковлевич спросил меня:

- Вот ты занимаешься изучением жизни и деятельности декабристов. Ощущаешь ли ты определенную дистанцию между собой и теми, кого ты изучаешь? Насколько далеко или близко они от тебя находятся и какими единицами измерения можно это определить?

Послушав некоторое время мой вымученный ответ на свой вопрос, Натан Яковлевич сказал:

- Знаю, что не дождусь вразумительного ответа. Задам такой же вопрос себе и сам на него отвечу, тогда тебе станет все понятно. Какая дистанция между Пушкиным и мною? Отвечаю. Между нами два человека – это Арнольд Ильич Гессен, пушкинист и писатель, и сын Александра Сергеевича Пушкина Александр. - Посмотрел на меня и продолжал. - Вижу, что пока ты не в теме. Поясняю дальше. В год 100-летия со дня рождения Пушкина, в Царском Селе открывали ему памятник, тот где он сидит на скамейке. На церемонии открытия памятника присутствовал сын Пушкина Александр Александрович. Там же, выполняя редакционное задание, был молодой журналист Арнольд Гессен. Он не только лицезрел сына Пушкина, но даже имел честь пожать ему руку. Вот он и придумал исчисление формулы, одновременно определяющей время и расстояние. Он первый сказал: «от Пушкина меня отделяет всего лишь один человек - его сын». Теперь мы повторяем ту же формулировку меняя лишь числа и имена. Поскольку Арнольд Ильич мой учитель и многолетний друг, то между Пушкиным и мною стоят два человека он и Александр Александрович Пушкин. А вот между Пушкиным и тобою, - озорно улыбаясь, Натан Яковлевич обнял меня, - стоят уже три человека – я, Арнольд Ильич и сын Пушкина. Надеюсь, теперь тебе понятна формула определяющая время и расстояние между нами и теми, чья жизнь интересует нас не любопытства ради.

В это время в беседку вошел и поздоровался с нами Борис Иванович Еропкин.
- Есть повод продолжить наш исторический пасьянс, - сказал Натан Яковлевич, - но теперь в отношении декабристов. Борис Иванович, вы согласны, что Станислава от них отделяют, - Натан Яковлевич хитро посмотрел на Бориса Иванович, который переводил недоуменный взгляд то на меня, то  на Эйдельмана, - всего лишь два человека, это вы, Борис Иванович, и ваша мама. Как вам наша логическая математика?  
- Чем бы дети ни тешились… - добродушно проворчал Борис Иванович. 
Борис Иванович Еропкин, это внук декабриста Дмитрия Иринарховича Завалишина, а его мама Зинаида Дмитриевна – дочь декабриста. 

Вроде бы шуточная, но достаточно занимательная мера исчисления, она, исключая  время  и расстояние, тем не менее, соединяет людей. Эту меру исчисления я назвал: «Связующая нить Ариадны». Однажды, я обратил внимание на то, что со всеми, о ком писал, пишу или собираюсь писать, связан нитью Ариадны. 

Пушкин А.С.как было сказано выше - между нами три человека. О нём написана художественно-документальная повесть «Буря мглою небо кроет!»

Вадковский Ф.Ф., декабрист - между нами Б.И. Еропкин > его мама Зинаида Дмитриевна > её отец декабрист Дм. И. Завалишин. О Ф.Ф. Вадковском пишу повесть «Неистовый Теодор». 

Ганнибал Абрам Петрович - (арап Петра Великого) - о нем собран материал для обширного очерка о его пребывании в Сибири, формально в ссылке.  До Пушкина  нитью Ариадны связаны три человека <...>. Далее Пушкин > император Павел Первый, с ним, как свидетельствует сам Пушкин, он встречался в раннем детстве на прогулке, император собственноручно снял с него картуз и пожурил няньку Пушкина за то, что это не сделала она, > Павел Петрович является, внучатым племянником императрицы Елизаветы Петровны, > её отец император Пётр I Алексеевич, наконец > Ганнибал Абрам Петрович - «арап Петра Великого». 
Таким образом, если по классической хронологии нас разделяет более трёхсот лет, то благодаря используемой мере исчисления "Связующая нить Ариадны" - между нами всего лишь семь человек. 

Жозефина - императрица Франции, жена Наполеона - о ней мною издана книга «Я здесь, чтобы покорить Париж». Казалось бы?! А все предельно просто - между нами пять человек: <...> Пушкин > Александр I > Жозефина. Александр I встречался с Жозефиной в замке Мальмезон в апреле 1814 года, свидетельство тому Воспоминания современников и картина запечатлевшая их встречу. Книга и о книге. 

Лермонтов М. Ю. – о нем и Наталье Федоровне Ивановой написана книга «По следам загадочной Н.Ф.И.». С ними нить Ариадны связала следующим образом: <...> Пушкин > В.А. Жуковский > Лермонтов > Н.Ф.И. О книге «По следам загадочной Н.Ф.И.»

Есенин С. А. - уже почти год пытаюсь доказать, что Сергей Есенин посещал Кронштадт. Разделяет нас лишь два человека. Бжезинский Валерьян Людомирович в 1918 году получил назначение в Астрахань. Там он был командиром и комиссаром Астраханского военно-морского порта и членом президиума Астраханского губисполкома. В 1919 году в Астрахань был назначен Сергей Миронович Киров. Занимал он разные посты. Неоднократно В.Л. Бжезинский выполнял его ответственные поручения, как организатора и руководителя обороны Астрахани. С  1921 года Киров секретарь ЦК КП Азербайджана. В 1924 году в Баку приехал Сергей Есенин, где и познакомился с Кировым.
Таким образом, лишь Бжезинский и Киров разделяют нас с Есениным. О Есенине

Николай Гумилёв. Никогда не предполагал, что и с ним придётся «общаться». Но однажды, будто кто-то на ухо шепнул: «Заметь, что между вами всего лишь два человека». Это уточнение было для меня как знак свыше. Ещё не поняв в чём суть, я уже знал, что буду заниматься Гумилёвым. Но кто же нас разделяет. Оказалось - Валерьян Людомирович Бжезинский и Лариса Рейснер. Сама собой возникла и задача, которую мне предстояло решать – о Гумилёве, как об уроженце Кронштадта, «забыла» городская власть. Следует будировать её «забывчивость» во всех инстанциях до тех пор, пока она не разрешит проблему должным образом. В Кронштадте должен быть памятный знак, свидетельствующий о том, что этот город вотчина великого поэта. О Гумилёве

Всё это не только крайне любопытно, временами ощущаешь духовное соприкосновение со своими героями и их участие в процессе работы над текстами о них. Трудно в это поверить и тем более дать этому объяснение. Поэтому, приходится сослаться на Шекспира: «Есть многое на свете, друг Горацио, / Что и не снилось нашим мудрецам»

 

block-top

Перейти на страницу

Следы давно прошедших лет 

 

Вернуться на титульную страницу 

"Я хочу рассказать вам..."